Главная страница

Мы в соцсетях











Песни родной Сербии







.......................




/8.9.2016/

Степинац – балканский Томас де Торквемада (продолжение 2)

 

     

Йован Пейин

     

СТЕПИНАЦ – БАЛКАНСКИЙ ТОМАС ДЕ ТОРКВЕМАДА

     

Третья часть

     

Алоизие Степинац, загребский архиепископ, а впоследствии кардинал – преступник

     

Ему судили за молчаливое участие в преступлениях и поддержку преступников и монахов “Церкви у хорватов”, которые “миссионерили”     

 

     

Ах, Сатана, равночинный брат,

     

Михал стал говорить ему,

     

Что за губительные черты вижу

     

На твоем лице и всем остальном.

     

Петр Петрович Негош

     

Луч микрокосма, Песнь 4

     

     

Надпись на марке НГХ: Борьба объединенной Европы на Востоке

     

Многолетнее, точнее, многодесятилетнее предвещание старого-нового конфессионального и национального культа хорватов и Хорватии – Алоизие Степинац, загребский архиепископ, балканский Томас де Торквемада, святой, получило окончательную форму в 2015 году, 23 года спустя после резолюции об аннулировании вердикта из 1946 г. в Хорватском саборе, вынесенного за доказанные военные преступления, предвещанием “церкви у хорватов” что его канонизируют. Для загребского Каптола это свершившийся факт!

     

Давление по поводу канонизации “мученика за веру” военного викария НГХ вызывает тревогу в Сербии и сербском народе на территориях, бывших под оккупацией данного государства в современной Хорватии и Боснии и Герцеговине, и огорчение потомков и семей, переживших геноцид 1941–1945 гг. в государстве, являвшемся “выражением исторических стремлений хорватского народа”.

     

Степинацу как загребскому архиепископу, впоследствии кардиналу, нашему современнику, как балканскому Томасу де Торквемаде судили не за идеологию, и не за миссию римо-католической церкви у хорватов. Ему судили за молчаливое участие в преступлениях и поддержку преступников и монахов “Церкви у хорватов”, “миссионеривших” в православном народе в соответствии с одним из усташеских принципов “либо покоряйся, либо убирайся”! Последнее “убирайся” означало смерть от ножа, дубины, веревки, топора или огнестрельного оружия.

     

Балканский Томас де Торквемада, архиепископ Павелича, Алоизие Степинац, был намного более успешным в своей “апостольской миссии” распространения веры огнем и мечом, чем оригинал с Иберийского полуострова. Томас де Торквемада лишь около 10 тысяч (отдельные говорят – даже свыше 40 тысяч) мужчин и женщин отправил на костер. Алоизие Степинац своим пастырским призывом хорватам и осталим римо-католикам в Хорватии поддержать Хорватскую крестьянскую партию и ее вооруженные “постройбы” (соединения), а с ними хорватских дезертиров офицеров и солдат хорватов из Югославской армии, и усташей по поводу осуществления “тысячелетней грезы” в апреле 1941 г., и благословением НГХ помог лишить жизни свыше миллиона сербов не только на кострах, которыми часто являлись православные церкви или монастыри, но также ножом, “самокресом” (пистолетом), кувалдой и “стройницей” (автоматом) или сбрасыванием в бездонные ямы.

     

Создание харизмы вокруг имени и “апостольских” деяний Алоизия Степинаца как первого архиепископа Загреба в Независимом Государстве Хорватии в 1941–1945 гг. и канонизация как святого утвердили бы вечную ценность геноцидной Хорватии, возникшей за спиной у нацистской Германии и фашистской Италии. Хорватская светская и духовная элита в конце 20-го века возродила национальную программу из тридцатых годов. Данным жестом она полностью примкнула к программе усташеского движения Анте Павелича – крови, расы и римокатолицизма, и программе Хорватской крестьянской партии – Великой Хорватии как высшей национальной ценности хорватов! Политическими позициями члены данной элиты полностью приравнялись к нацизму гитлеровского типа, вопреки тому, что гитлеризм отвергал Бога и строил новую, языческую, религию.

     

Несмотря на то, что хорватский народ своей языческой дикостью извратил римокатолицизм крестовым походом на православных сербов, выполненным священничеством и монашеством “церкви у хорватов”, возглавляемой загребским архиепископом Алоизием Степинацем, он стремится созданную харизму и культ Алоизия Степинаца из беспощадности превратить в мученичество святого.

     

“Мученик” святой Степинац отпускает прошлое хорватов. Апостольским забвением святой покрывает фальсификацию хорватских историографов и на нацифашистской основе устанавливает будущее новой европейской Хорватии, начавшейся с террористско-сепаратистского бунта, натовской агрессии, раздробления Югославии в 1991–1995 гг., убийств и изгнания сербов.

     

Актом беатификации, ссылание хорватов на 1300 лет истории и ”улюдбы”/культуры приобретает смысл, а хорваты становятся историческим народом! Канонизация архиепископа/кардинала является попыткой, чтобы хорваты, не имеющие историческую ценность как народ и государство, не снискавшие ценность в прошлом, все-таки ее добились в новом веке как крестоносцы, борцы за веру, чтобы, как мы уже сказали, стать историческим народом, приобрести и иметь святого основоположника государственности! Так они приравниваются к венграм, имеющим Войтеха – Вайка – Сент Иштвана, первого крещеного короля создателя Венгрии. Смысл усиливается тем, что архиепископ, а потом кардинал Алоизие Степинац покоится в Загребе в кафедральном соборе посвященном Богородице и носящем имя, снова повторяем, Сент Иштвана – первого венгерского апостольского короля.

     

Следующее важно подчеркнуть. Хорватия с 1102 года не входила в число независимых государств, участвующих в международной жизни, не имела представителя при венгерском короле, не говоря уж о том, чтобы Венгрией правил апостольский хорватско-венгерский король. Даже сербский король Стефан Урош I носил среди прочих титул rexCroatorumво времена, обозначаемые хорватскими историками как период хорватско-венгерского королевства. Подобное никогда не существовало! Это продлилось до 1527 г., когда Венгрией завладели Габсбурги, причем скромные остатки незнатного племенно-феодального сословия венгерской провинции посредством титула венгерского короля как короля Хорватии включены в Габсбургскую монархию. Данная провинция наряду с королем получила и царя и так влачила существование до распада Монархии в 1918 году.

     

Сент Иштван, первый венгерский король, признанный папой апостольским, получил задачу проводить апостольскую миссию среди неверных в Венгрии и сопредельных землях. Задачу он успешно проводил, а впоследствии и его наследники, в Славонии, как иностранцы называли обширные равнины Карпатского бассейна до прихода тюркских племен в 9-ом веке, после чего бассейн преименован в Турцию. Нельзя пренебречь и тем, что имя Славония после создания венгерско-славянского племенного союза севернее реки Дравы в 10-ом веке сохранилось на территории в междуречье рек Савы и Дравы, с 1091 г. вошедшей в состав Венгрии, а с 1094 г. и в церковном отношении.

     

 

     

“Апостольское забвение” кроатонацизма “Церкви у хорватов”

     

 

     

Все, дескать, передано Тобою Папе и все, стало быть, теперь у Папы,

     

а Ты хоть и не приходи теперь вовсе, не мешай до времени по крайней мере!

     

Ф.М. Достоевский, Братья Карамазовы, Легенда о Великом инквизиторе

     

 

     

Благодаря Степинацу, усташи в 1941 г. обрели неимоверную мощь среди хорватов и сербскоязычных римо-католиков “новых хорватов”, так как в военной общественности НГХ он предстал как хранитель хорватских нравственных ценностей! Организация Чистой католической акции под непосредственным надзором архиепископа Алоизия Степинаца превзошла по силе Хорватскую крестьянскую партию (ХКП), включившуюся в разоружение Югославской армии после развала на фронте, вызванного хорватскими офицерами и солдатами. Роль Чистой католической акции как организации в разрушении государства превосходила по силе роль ХКП. Во время развала Югославии и вхождения немецкого Вермахта в Загреб решающую роль в событиях имел Алоизие Степинац с бывшим “Ка-унд-ка” офицером Славко Кватерником как исполнителем.

     

Газета “Католический лист” из Загреба в № 17 из 1941 г. опубликовала заявление председателя Конференции католических епископов и архиепископа Загреба: “Ныне не говорит больше язык, а кровь через свою связь с почвой (...) и кто может возразить нам когда мы, как пастырь, вносим свой вклад в это (...) а так как мы знаем людей, управляющих сегодня судьбой хорватского народа, мы глубоко убеждены, что наш народ может рассчитывать на полное понимание и помощь“. На деле, Степинац своими посланиями римо-католической пастве и призывами к лояльности хорватским нацистам и их режиму присоединился к апостольской миссии венгерских королей. Он стал миссионером и преступником во имя религии, управляя преступлениями над православными сербами, а с ними и евреями и цыганами через посредников, священников и монахов, также как и за четыре столетия до него испанский борец за веру великий инквизитор Томас де Торквемада, которого не провозгласили святым! Преступление он начал проповедуя лояльность к НГХ на Пасху в 1941 г., в загребском кафедральном соборе посвященном Богородице, снова повторим, носящем имя венгерских королей Сент Иштвана и Ладислава, словами: “... НГХ создана по милости Божьей, мудрым и самоотверженным трудом Поглавника и усташеского движения, а также по воле наших союзников”. Он сообщил священничеству, монахам и римо-католикам, что Иисус помог хорватскому народу, вошедшему в новую эпоху со своим государством Независимым Государством Хорватией. В конце апреля 1941 г. он призвал хорватский народ поддержать НГХ и поглавника, и всем участвовать в молитве за Хорватию 4-го мая.

     

Степинац приветственными словами, в Загребе, усташеским террористам и самому НГХ, принял основную программную идею усташества – истребление православных сербов в новом государстве, преимущественно охватывающем сербские земли, в целях превращения всех его жителей в римо-католиков и хорватов. Его визит 12-го апреля бывшему офицеру генштаба “Ка-унд-ка” Славко Кватернику представлял благодарность и благословение его деятельности по развалу Югославии и быстрой организации нового государственного аппарата Хорватии и ее армии.

     

Анте Павелич прибыл в Загреб 15-го апреля, а Степинац его посетил уже два дня спустя. Результатом его визитов Кватернику и Павеличу стали циркуляр архиереям “церкви у хорватов” и сообщение, что НГХ, он не сказал за спиной у держав Оси, представляет ...”самое знаменательное событие в жизни хорватского народа и идеал, о котором издавна мечтали и к которому стремились”.

     

Целью такой Хорватии является уничтожение сербов до последнего!

     

Приветствием и поклонением генералу Славко Кватернику, а потом террористу Анте Павеличу, загребский архиепископ Алоизие Степинац публично показал что думает о военном крахе Югославии и вхождении хорватов в союзничество, лучше сказать блок Оси, равнозначное статусу Испании под диктатурой генерала Франко с титулом “Каудильо” – вождь.

     

“Поглавник!

     

В момент, когда Хорватский сабор, этот древний символ хорватской государственности, идя по светлому следу прошлого, желает вместе с Вами, Главой Независимого Государства Хорватии, на свою деятельность вызвать благословение Бога Создателя, не могу не говорить и я, как представитель Церкви Божьей. Данный храм святого Марка веками является немым свидетелем хорватских народных стремлений, его горьких и радостных часов, его унижения и воскресения. В нем говорили по многочисленным поводам представители той Церкви, которая, по словам Апостола, является “Столпом и утверждением истины”. Вот и сегодня она говорит, возможно, в труднейшие времена истории человечества. Не потому, чтобы давать советы по чисто политическим вопросам, для чего она не имеет миссию от своего Божественного создателя, и поэтому не может нести по ним никакой ответственности, а потому, чтобы взоры законодательного органа, каким является Сабор, направить к Богу, тому фундаменту и источнику любого законодательства, из которого проистекают и природные и все известные законы.

     

Несомненно одной из красивейших характеристик хорватскoго народного существа в прошлом было стремление привести свою народную жизнь в соответствие с принципами провозглашенной истины Божьей. Причем не только тогда, когда из этого можно было иметь пользу, но и тогда когда это было горьким. Этого ожидает весь Хорватский Народ и этому надеется и сегодня от своего Сабора.

     

Пусть принимает законы честные, которые не будут в коллизии с законом Божьим, чтобы обеспечить благословение Бога Создателя. Ибо написано: ”Един Законодатель и Судия, могущий спасти и погубить”.

     

Пусть принимает законы справедливые: где бремя равное, пусть равными будут и права!

     

Пусть принимает законы возможные, чтобы на народ не взваливать непосильное бремя.

     

Поглавник!

     

Восстановление Хорватскoго сабора является доказательством Вашего глубокого и живого осознания ответственности, огромное бремя которой Вы хотите разделить со своими сотрудниками. И это восстановление сопровождает молитва Церкви и наших сердец: пусть Вечный судья, управляющий судьбой народа, своей всемогущей десницей замурует в фундаменты Хорватского Сабора и высечет в сердцах Ваших сотрудников такое же глубокое и живое осознание ответственности, чтобы я смог Вам, Главе Независимого Государства Хорватии, успешно помогать в восстановлении и сооружении нашей дорогой родины на вечных фундаментах евангельских Христовых принципов!”

     

Данными приветственными словами направленными Павеличу, Алоизие Степинац добился отождествления церкви по своему духовному могуществу с политическим институтом, хотя она не является политической организацией. Никто не может оспорить право духовной элите, ее членам войти в политику. Войдя в политику, они приобретают независимость от мирян. С “церковью у хорватов” произошло следующее: духовная верхушка поддержала преступников, а потом отдельные лица и целые группы священников и монахов учествовали в преступлениях, от 1200 до 1700 священников, монахов и монахинь ножом, “стройницей” (автоматом) и “самокресом” (пистолетом) осуществляли свою апостольскую миссию распространения римо-католицизма!

     

Балканский Томас де Торквемада, загребский архиепископ, Алоизие Степинац в своей нетерпимости и фанатизму к православию, о котором сказал: ...”В православии нет нравственности, принципов, истины, нет справедливости и чести!”, благословил в Загребе прибывших усташеских террористов в апреле 1941 г. Пока он так поступал, Югославская армия все еще сопротивлялась агрессору, а потом он как военный викарий НГХ благословил тех кто, служа в “ апостольской” миссии, станут преступниками.

     

На судебном процессе в Загребе перед Верховным судом Хорватии в октябре-ноябре 1946 г. он защищался молчанием. Молчанием архиепископ Алоизие Степинац показал, что не намерен раскаяться за уничтоженные жизни сербов и евреев. Поэтому его молчание было не только циничным, но и нахальным!

     

Его позиция на судебном процессе по иску прокурора Якова Блажевича о том, что он участвовал в преступлении против народа является отражением его понимания, что он международная личность и до тех пор пока “гитлеровский” папа Пачелли возглавляет Римскую церковь никто не вправе судить ему. Ватикан избрал молчание во время физического уничтожения сербов усташами и хорватами как народом. Степинац себя считал архиепископом Загреба, что бесспорно так, возглавляющим “церковь у хорватов” и молчанием проводящим апостольскую политику папы Пия XII.

     

Томас де Торквемада действовал обдуманно с умыслом. Алоизие Степинац молчал перед Павеличем, оставившим на него, по его собственным словам, глубокое впечатление как католик. Молчал он с умыслом пока приходские священники, монахи и монахини участвовали в массовом преступлении над православными сербами во имя того, кто дал десять заповедей, одна из которых гласит: “Не убий!” Один и тот же мотив заставил его молчать перед Павеличем и перед Яковом Блажевичем, хотя эти двое не одно и то же!

     

Степинац не последовал примеру архиерея Мостара Алоизия Мишича, осудившего резни сербов в июне 1941 г., зато отреагировал на выступление священника Й. Лончара из Загреба, имевшего нравственную силу осудить их в приходской церкви на проповеди на тему “Не убий!” 23-го августа 1941 г., и наказал его.

     

Его деятельность подсудна только Христовом суду, как и деятельность наместника Христа на земле живого Бога – папы. Его деяния во время НГХ оказались перед светским судом в Загребе в 1946 г., на который архиепископ смотрел с презрением так как, по его мнению, он был коммунистическим и судил тому, что Бог сделал!

     

Иными словами, в понимании архиепископа Алоизия Степинаца, Бог согласился с усташами и лагерями смерти: на Паге, в Госпиче, Ясеноваце, с карстовыми ямами в Лике, Далмации, Герцеговине, колодцами в Славонии и других местах массовых убийств, где зверски убивали православных сербов, к которым усташи добавили и определенное количество сербов мусульман.

     

Томас де Торквемада – первый великий инквизитор Испании, синоним религиозного фанатизма и преступлений, живший в 15-ом веку и отправивший на смерть сжиганием около 10 тысяч или 40 тысяч мужчин и женщин – не грешник, но и не святой! Равным образом, в понимании элиты “церкви у хорватов”, представляющей собрание циничных духовников и пустоголовых, ослепленных конфессиональной и национальной ненавистью интеллектуалов, опирающихся на бессердечную массу кровожадных примитивных в виде следующего за ними народа, грешником не является ни Степинац, зато он блаженный!?

     

Алоизие Степинац не является грешником из-за своего обращения к поглавнику, он лишь благословил хорватский Сабор, а потом как военный викарий хорватскую армию, и таким образом помог отправить на смерть от 700 тысяч до 1,11 миллиона православных сербов в Ясеновац – что является богоугодным делом.

     

Для хорватских нацистов – усташей он означал больше загребского архиепископа. Он предоставил нравственное подспорье их делу заявлением, что это “добрые души католические”! Этим Степинац усташество, глубоко антирелигиозное варварское движение, по сути привел в соответствие с римо-католицизмом и дополнительно поощрил клерикалов и римо-католических мирян присоединиться к нему.

     

Архиепископ Алоизие Степинац, интеллигентный и высокообразованный как уроженец Загорья – “новый хорват”, но без подлинного национального культурного образца, в отличие от других славян также римо-католиков, напр. чехов, с “хорватским народом” представляющим венгерский “плавильный котел”, показал, что не в состоянии понять что такое национальное светское государство. Причиной непонимания является глубоко укоренившееся рабское сознание, вековая привычка к крепостному положению в его психике и приверженность иностранной колониальной власти Пешта, Вены и Ватикана. Данное непонимание государства и отсутствие подлинной культуры поощрило у Степинаца и духовной элиты “Церкви у хорватов”, вместе со светской элитой, ненависть к сербам, которым церковь веками заменяла государство, сохраняла сознание о собственном государстве и государственно-созидательном свойстве, а также к венграм, которым во всем в политической жизни и культуре подражали.

     

Каптол, загребский, и хорватские СМИ подчеркивают, что блаженный Алоизие Степинац, загребский архиепископ, военный викарий армии НГХ и кроатонацист усташ, своей пастырской деятельностью в 1941–1945 гг., а потом мученичеством – как гонимый властью, тем самым и пытаемый коммунистами, заслужил быть канонизированным как святой.

     

Хорватия – НГХ с апреля 1941 по апрель 1945 года с народом – хорватами была в знаке сотрудничества с Рейхом и Вермахтом. Свое сотрудничество хорваты, народ и элита оправдывали позицией, что защищают свое государство! Позицию гордо подчеркивали словами, что НГХ в рамках союза Оси международно признали 14 государств.

     

Превознося Алоизия Степинаца, современная хорватская духовная и светская элита практически вместе выступает за нацизм и клеронацизм!

     

Хорватию державы Оси, после опыта с хорватским народом во время Апрельской войны 1941 г., считали союзнической страной, не вводили оккупационное управление, признали ее суверенность и оставили государственное управление органам, возникшим во время создания Бановины Хорватии после августа 1939 года. Хорватская крестьянская партия вместе с прибывшими усташами данную организацию реализовала.

     

Чиновники и полицейские хорваты остались на своих местах, в то время как сербов изгнали с работы, а тех, кому повезло, изгнали в Сербию, и оставшихся поубивали.

     

Офицери и унтер-офицеры Югославской армии, хорваты, массово вступили в хорватскую домобранскую армию (регулярная армия НГХ – прим. пер.), организованную бывшими домобранскими офицерами из времен Австро-Венгрии. Целые части Югославской армии состоящие из хорватов перешли на сторону Оси под командованием своих офицеров. Переметнувшись, они получили помощь местного хорватского населения под предводительством вождей Хорватской крестьянской партии, римо-католических священников и монахов. Слухи о данном предательстве хорватов, сопровождавшемся убийствами офицеров и солдат сербов, быстро распространились по всей стране. Это известие вызвало огорчение сербов в сербских землях освобожденных и объединенных в 1918 году. Бунт хорватских солдат в Бьеловаре был особенно драматическим 8-го апреля 1941 г., когда убито 180 до 190 сербов солдат.

     

К Славко Кватернику, как вождю конспиративной деятельности среди хорватов офицеров в Апрельской войне 1941 г., примкнули 31 генерал, 228 полковников, 245 подполковников, 245 майоров, 1005 капитанов и 417 лейтенантов, еще в ходе войны организовавших хорватскую домобранскую армию как регулярную армию НГХ.

     

 

     

Йован Пейин

     

СТЕПИНАЦ – БАЛКАНСКИЙ ТОМАС ДЕ ТОРКВЕМАДА

     

Четвертая часть

     

Степинац несет самую большую ответственность за участие римо-католического священничества, монашества и хорватов в геноциде во время НГХ

     

Осужденного военного преступника следует канонизировать как святого за перенесенные страдания от коммунистов!?

     

 

     

Архиепископ, а потом за заслуги в борьбе за веру и перенесенные страдания от коммунистов, кардинал Алоизие Степинац является самой ответственной личностью “церкви у хорватов” за участие римо-католического священничества, монашества и верующего народа, если убийцы вообще верующие, в преступлении геноцида сербов в 1941–1945 гг. Осужденного военного преступника следует канонизировать как святого за перенесенные страдания от коммунистов!?

     

В целях создания условий для канонизации, аннулирован вступивший в силу вердикт, вынесенный Степинацу в 1946 г. Новоусташеская справедливость показала свое лицо в 1992 г. в Хорватском саборе резолюцией об аннулировании вердикта Степинацу, так что не отличается по сути от коммунистической! Тогда, в 1946 г., уклонились от вердикта за преступление хорватского народа как народа против сербов, формулировкой “преступление против народа и сотрудничество с фашистами”, без упоминания сербского народа – жертвы преступления.

     

Хорватский народ не потерпел санкции от коммунистов, захвативших власть в 1945 г., как это имело место в Германии, денацификацией, проведенной Союзниками. Степинац понял, что деусташизции не будет, так что продолжил действовать по-старому. Он продолжил войну против Югославии и сербов. Перед лицом этого факта, кроатокоммунистическая верхушка КП Югославии и параллельная партия правящая в Хорватии, КП Хорватии, были вынуждены, из-за собственных интересов удержания у власти, пресечь нелегальную деятельность Степинаца и усташоидного священничества, так как их деятельность отразилась на международном статусе Югославии.

     

Алоизие Степинац видел как его народ восторженно встретил Вермахт в апреле 1941 года. Он также видел как этот восторг примитивной малограмотной массы под предводительством священников и монахов, а также вождей ХКП и франковцев, обернулось злом к сербам и евреям.

     

Митрополит и загребский архиепископ, как находим в документах написанных его рукой или в записанных свидетельствах, говорит, что он только примкнул к своему народу, ибо почувствовал его духовный пульс! Ненависть, духовный пульс!?

     

Хорватский народ, будучи культурно отсталым, считал себя победителем в Апрельской войне 1941 г., так как вступил, массовым нападением на Югославскую армию, в союзничество с Вермахтом. Нападение на части Югославской армии он произвел внутри нее самой, под командованием и в организации хорватов офицеров той же армии. Это быстро вызвало крах северо-западного фронта и развал сначала обструкцией в командовании, убийством офицеров сербов и разоружением солдат, сопровождавшимся убийствами пленных. Многочисленные священники и монахи “Церкви у хорватов” примкнули с паствой к этому движению, которое несколько позднее Анте Павелич, когда он уже имел всю власть в НГХ, провозгласил революцией.

     

Даже римо-католические священники, пока война еще продолжалась, провозглашали НГХ в тех областях, где они организовали и подготовили свою паству для нападений на Югославскую армию, еще до того как это сделал Кватерник в Загребе.

     

Победители за спиной у Вермахта и итальянской армии, хорваты объединенные в новом государстве, довольные тем, что их желанная Великая Хорватия создана как победа над сербами, немедленно начали причинять зло сербском народу!

     

Под предводительством приходских священников и монахов из близлежащих монастырей или катехетов из гимназий и других школ, ослепленные своей “величиной” как народа “тысучлетней улюдбы” (тысячелетней культуры), они начали резню на оккупированных сербских территориях. Их гнев, наряду с местными усташескими вождями интеллектуалами и сбродом, разжигали священники и монахи с кафедр после мессы или перед церковью, обращаясь к собравшейся пастве, преимущественно состоящей из женщин, которые потом подстрекали ненависть членов семьи к сербам, ведь его преподобие так сказал! Сей феномен все еще не исследован!

     

Зло которое произошло вследствие войны и поражения Югославии, и которое римо-католические прелаты со священничеством и монахами истолковали, что это поражение является поражением православия, наряду с унижением, которое сербы чувствовали из-за навязанного чувства что их победили, превысило порог отношений между сербами и хорватами. Данный сдвиг отчетливо виден в поведении архиепископа города Загреба д-р Алоизия Степинаца при поклонении Славко Кватернику, организатору бунта хорватских офицеров в Югославской армии, а потом поклонении отъявленному террористу Анте Павеличу. Поклонения в апреле 1941 г. он дополнил речами и циркулярами, направленными священничеству и монахам “Церкви у хорватов” и народу. Речи и циркуляры Алоизия Степинаца приходские священники с монахами толковали примитивной, полуграмотной и безграмотной пастве, не понимающей, что война еще не готова и будет продолжаться! Очевидно, и сам Алоизие Степинац не понял, что война не готова! Он думал, а это и представил общественности НГХ своим поведением и письменными сообщениями, что настал час, когда хорваты, вместе с “новим хорватами” – несмотря на оставшуюся в их сознании память о происхождении из кроатизированных немцев, чехов, венгров с окатоличенными евреями, словаков, поляков, русинов униатов и кроатизированных сербов униатов и римо-католиков – являются единственными властителями, управляющими в НГХ. Степинац данной позицией игнорировал существование сербского народа и его право на жизнь на территориях, где он создавал государства и где стоят его памятники культуры из средневековья, с принятия христианства, свидетельствующие о его продолжительном существовании.

     

Благодаря не усташам а Степинацу, существование НГХ превратилось в крестовый поход против православных сербов, чтобы это образование после геноцида стало и осталось католическим государством, ведущей державой на Балканах. Данной идеей и геноцидной политикой к сербам, НГХ стала конкурентом “царской” Болгарии, Венгрии Хорти, имевшей те же намерения в центрально-восточной Европе в отношении Хорватии и Балкан и – Румынии!

     

Государственная пропаганда НГХ, печатные СМИ и “државни круговал” (государственное радио) направлены на создание иллюзии о важности хорватов и их государства в истории! Создавалась иллюзия о величии и важности “улюдбеной” (культурной) Хорватии с 7-го века, когда она якобы возникла как государство до НГХ.

     

Насколько Хорватия была большой, сильной и значительной нам известно из истории приморских городов ромейских независимых коммун в области под горой Велебит на побережье Адриатики, которые были независимы от хорватских жупанов и князей и имели собственное управлние, признававшее власть византийского царя. Далее, нам известен статус Хорватии в Венгрии, которая являлась союзом племен, народов, а с 13-го века и свободных королевских городов, в которой Хорватия представляла невзрачную бедную провинцию со слабо уважаемым дворянством как народом в соответствии с венгерским сословным правом. Иными словами, в государственно-созидательном смысле – мало или ничего!

     

Хорваты, завороженные бывшей римо-католической Монархией и Веной и своей ролью в отношении Будапешта, предназначеной им Веной из собственных интересов обессиливания Загреба и Будапешта во взаимной ненависти, надеялись создать никогда не существовавшую мифическую Великую Хорватию короля Томислава.

     

Охваченные великохорватским исступлением, они возродили идею, возникшую в мутном сознании д-р Анте Старчевича, которому привиделась Хорватия от Альп до реки Дрины и дальше, даже до Карпат, так как он и банатских сербов провозгласил “херватами”. Ради достижения цели, после обнародования создания НГХ в апреле-мае 1941 г., спонтанно, под предводительством священников и монахов, хорватский народ в исступлении начал погром сербов и грабеж, а потом и физическое уничтожение. Хорватские политики, духовная и светская элита, за спиной у Вермахта думали одержать победу в приближающсйся религиозной войне против православных сербов.

     

Хорватия не имела достаточное количество народа, хорваты еле составляли половину населения вместе с “новыми хорватами” – кроатизированными немцами, венграми и прочими потомками колонистов из стран Монархии и Европы. Ее новообразованная армия – домобраны и части кроатонацистов усташей – не была в состоянии без Вермахта одолеть самоорганизованную сербскую территориальну оборону, причем крайне перессоренную между собой.

     

Одновременно члены КП Хорватии и КП Югославии, пока война еще продолжалась, а представители Вермахта и Югославской армии вели переговоры в Белграде о прекращении военных действий включая и капитуляцию, делегаты ее верхушки Владимир Бакарич и Андрия Хебранг 17-го апреля вступили неофициально в контакт с усташескими лидерами, уже вошедшими в новую власть, ради легализации КПХ в Независимом Государстве Хорватии. Данные переговоры показывают слияние усташеских и кроатокоммунистических ценностей путем создания предпосылок их продолжительности. Переговоры не привели к ожидаемым результатам. Однако, контакты КПХ с частью усташеской верхушки, якобы демократической ориентации, продолжались. Хорватов коммунистов, похоже, терпели в Загребе и других центрах НГХ. Данные связи не прекращались и оставались партийно-государственной тайной на уровне Югославии. В течение войны они стали более интенсивными из-за неудач Вермахта и итальянской армии на разных театрах военных действий. Предпосылкой для такой позиции стало осознание конца НГХ усташеской и духовной элитой “Церкви у хорватов”, а потом гражданской и военной, и возникшее желание чтобы, в случае если Рейх проиграет войну, союзники антигитлеровской коалиции закрепили за Хорватией границы, утвержденные Германией и Италией в апреле-мае 1941 г.

     

Министр иностранных дел НГХ, Младен Лоркович, а с ним и его единомышленники из верхушки домобранской армии и усташеского движения, попытались в 1943 г. возобновить связи с КПХ и КПЮ. Тогда усташам уже были известны решения АВНОЮ, принятые в Бихаче в 1942 г., в которых они видели будущие шансы для кроатонацистской Хорватии. Для ведения переговоров они направили делегацию в западную Боснию на территорию которой владели партизаны. Целью делегации были переговоры о создании совместного правительства с представителями усташеского движения и Хорватской крестьянской партии, с самыми влиятельными личностями у хорватов, возглавляемыми архиепископом Алоизием Степинацем!

     

Переговоры не закончилисы по желанию “демократов” из усташеского движения, но тогда налаженные связи стали нравственной основой храброго поведения Алоизия Степинаца перед коммунистическим судом!

     

Степинац заранее знал, что суд с ним не может и не хочет ничего сделать, так что храбро держался. В зале суда разыгрывалось театральное представление действительно срежиссированного процесса ради создания мученика.

     

Такая позиция стала символом отношения римо-католиков хорватов как народа к сербам, так что Степинац, загребский архиепископ, впоследствии кардинал, продолжает привлекать внимание сербской общественности.

     

Виноваты ли коммунисты в том, что Степинац был антикоммунистом? Нет!

     

Как духовник с высоким саном “церкви у хорватов”, Степинац имел право на это на основании своего воспитания, образования и мировоззрения в духовном и светском смыслах, так что его судили не за антикоммунизм, а как врага народа и за преступления против народа, без упоминания геноцида православных сербов в НГХ, который он молчанием лично поддержал, и за пособничество усташеским террористам, действовавшим в стране после 1945 года. Терроризм – будь он в “апостольской” миссии или нет – наказуем в любой стране, включая и бывшую Югославию, безотносительно того, что в ней правили коммунисты!

     

“Церковь у хорватов” вовсе не хочет осознать как свое прошлое, так и своей паствы. Не хочет задаться вопросом участия в преступлениях ее священников, монахов и монахинь, в убийствах и окатоличивании православных сербов, а также изгнании из родных мест. Не хочет осознать, что ее священничество и монахи, вместо креста, как апостольские призраки носили ножи, “самокресы” и “стройницы”, а зачастую достаточно было кивнуть головой, чтобы множество сербов оказалось убитыми.

     

Является ли эта невозможность осознания “церковью у хорватов” своего прошлого, собственных преступлений, наказанием от Бога, чтобы не могла раскаяться?!

     

Загребский Каптол апостольскую деятельность по увеличению “стада” считает долгом, а архиепископ Степинац этот долг исполнял рьяно. Он с удовольствием известил “гитлеровского” папу Пия ХIIв 1942 г. что численность стада увеличена! Стадо увеличено, а кладбища нет! Преступникам они не были нужны!

     

Убитых мужчин, женщин, детей, старых и малых бросали в реки, море или карстовые бездонные ямы. В этих ямах они покоятся и поныне! Предложение “церкви у хорватов” уже лежит на столе в Конгрегации по вопросам канонизации святых в Ватикане. Решение Конгрегации о беатификации Алоизия Степинаца возвысит геноцид сербов в богоугодное дело хорватов как верующего и неверующего народа, ликующего после совершенных преступлений! Ликование вызывает возмущение православных сербов, а потом и гнев! Этот гнев побуждается памятью не только о геноциде, но и агрессивном режиме СКЮ и СКХ, пресекшем установление мотива и масштаба геноцида провозглашением исследования геноцида великосербской политикой, нарушающей солидные отношения между сербами и хорватами, и другими народами и народностями!

     

Движение “церкви у хорватов” из загребского Каптола нацелено на сербов, претерпевших со стороны хорватов геноцид, вошедший во всемирные анналы по своим масштабам и жестокости. Сербы сохраняют за собой право спокойно и бесстрастно говорить об Алоизии Степинаце на основании его слов и действий, в целях установления его действительной роли в государстве, о котором якобы тысячу лет грезили хорваты – НГХ!

     

Продолжение следует

     

Приготовила Биляна Живкович

     

Перевод с сербского: Сава и Петар Росич




Просмотров: 538
 

Loading...

Косовский фронт