Главная страница

Мы в соцсетях











Песни родной Сербии







.......................




/8.10.2004/

Паломничество в Прагу



     

      Прага - один из красивейших городов Европы. По признаниям некоторых знатоков-туристов, даже самый красивый. Летом Прага переполнена. Старо место - самый центр Праги, его основные пешеходные зоны - старинные улочки - настолько полны туристов, что иногда приходится буквально продираться сквозь толпу. Все эти искатели экзотики, "любители" старинной архитектуры, и просто туристы с Запада, а также в большом количестве с Дальнего Востока, буквально набросились на сохранившийся нетронутым в Восточной Европе островок старины.

      В Прагу мне хотелось давно, но кроме желания увидеть этот архитектурный феномен -один из интереснейших городов Европы, у меня была еще одна причина для этой поездки.

      Лет семь-восемь назад один из моих знакомых, чех, рассказал мне однажды, что святая Людмила, т.е. святая, чье имя я ношу, похоронена в Праге. Еще более примечательно было то, что он стал подробно объяснять. где именно. Я запомнила только, что она похоронена в самом центре Праги, где-то рядом то ли с собором, то ли с базиликой св. Георгия. Более же всего меня поразило тогда то, что св. Людмила - реальность, ее жизнь, смерть и история погребения - исторический факт, достоверность которого вполне доказуема. Можно просто сесть на поезд и - вот здесь, совсем рядом, в Европе - соприкоснуться с реальностью происходившего много-много веков назад. В душе запечатлелось: Прага, центр, св. Георгий, св. Людмила.

      Больше я не знала ничего.

      Первое, что бросилось в глаза в Чехии, - шрифт. Например, слова и обороты речи, написанные по-чешски латинским шрифтом, при чтении звучат по-русски. И это вызывает - по крайней мере так было со мной - ощущение странной раздвоенности и недоумения: знакомые слова и выражения написаны почему-то чужим шрифтом. Второе, что обратило на себя внимание, - обилие молодых, красивых лиц и элемент хорошего вкуса во всем. А еще чехи очень бережно относятся ко всему, что связано со стариной: будь то старая ложка, мебель, книга, даже просто дверная ручка или оконная рама, - все тщательно сохраняется и очень бережно, со вкусом используется: в быту, в строительстве, просто в жизни.

      Итак, мы в Праге.

      С чего же начинать? Для меня в августе 1998 года путешествие по Праге началось с дождя.

      "Прага в пальцах дождя" - сразу же вспомнилось название одного из поэтических сборников чешского поэта начала 20-го века Чеслава Незвала. Для меня в Праге все началось с дождя. А для славянского мира в этой стране все началось (или закончилось) гораздо раньше.

      Так называемое продвижение НАТО на Восток -не просто политический феномен, возникший в 20-м столетии. Знаменитое выражение "Drang nach Osten" (стремление на Восток) - не только лозунг в нацистской Германии. Этот "Drang nach Osten" - явление гораздо более раннего порядка.

      Этим стремлением к колонизации, латинизации, католизации славянской Европы npoникнуто все последнее тысячелетие нашей истории.

      В середине IX века в языческой Моравии зарождается христианство, причем первые миссионеры-христиане в Моравии - это представители Византии. И именно здесь, в Моравии, появляются книги на церковнославянском языке. Одновременно в Богемии в IX веке была начата миссионерская работа герцогствами Регенсбурским и Зальцбурским. В 845 году 14 независимых богемских князей, предводителей незначительных мелких родов прибыли в Регенсбург для принятия крещения. Это событие носило, в основном, политический характер. Поэтому, несмотря на то, что сами эти князья встали под покровительство кайзера, их земли вместе с другими богемскими княжествами входили в состав великого Моравского царства, где в 869 году византийскими проповедниками Мефодием и Кириллом начата была работа по созданию Православной Церкви. Здесь, в Моравии, забил удивительный ключ славянской письменности и славянской культуры под водительством греческой Православной Церкви: первые храмы - православные, первые книги на родном языке - православные и первые святые: св. Мефодий, св. Людмила и ее внук св. Вячеслав - православные. Все они - приверженцы Моравской Церкви, пламенные ревнители и проповедники славянской письменности, созданной свв. Кириллом и Мефодием.

      А далее? Далее - все, как в детективном романе. Чешский князь из рода премислидов (одного из самых сильных и влиятельных), Боривой, признает главенство Моравии, которое еще более усиливается после крещения Боривоя и его супруги Людмилы в Моравской Церкви. Угроза же завоевания венграми заставляет чешских князей примкнуть к восточнофранкскому государству (Регенсбургу).

      Чехия, раздираемая противоречиями, уже тогда частично склонялась к Западу: Богемия, более западная часть, смотрела в сторону немецких княжеств, но в восточной ее части, в Моравии, зажегся яркий светильник православного подвижничества и... был затушен. Не без ожесточенной борьбы, конечно.

      Но об этом несколько позже. А пока....

      Наша пешеходная экскурсия по Праге началась с дождя. Нужно сказать, что наша экскурсия была организована частным образом, а не через экскурсионное бюро, поэтому и группа была маленькая, из четырех человек, экскурсовод Петер, высокий, элегантный мужчина, совершенно седой, мог говорить, не умолкая, тем более, что русским он владел очень хорошо. До пенсии он работал на очень ответственной работе, что, кстати, совершенно не повлияло на его чувство юмора и удивительное жизнелюбие. И мы шли за ним, под почти проливным дождем, который то утихал, то снова усиливался. Толпы туристов были смыты со старинных улочек, мощенных брусчаткой площадей и смотровых площадок Праги. Только наша маленькая, но отважная компания под предводительством Петера, не умолкающего почти ни на минуту и "Прага в пальцах дождя". То, что дождь был нашей удачей, мы поняли уже на следующий день, когда при совершенно безоблачной погоде, тщательно работая локтями, продирались сквозь толпы туристов.

      Уже в самом начале нашей экскурсии, еще на Вацлавской площади, я наугад спросила Петера, не знает ли он, где похоронена святая Людмила. И получила мгновенный ответ: "А знаю, конечно, у меня жена Людмила. Это там, костел святой Людмилы" - и он решительно махнул рукой наискосок от Вацлавской площади, правее исторического музея. "Но нам в метро? Да?" - и мы нырнули в метро. Но направление я запомнила.

      На следующее утро, совершенно отметая всякие возражения, я заявила, что сначала мы идем к костелу. Нужно отдать должное православным чехам, и всем русским, которые живут в Чехии или имеют к ней какое либо отношение - никто из них не имеет никакого представления о месте погребения Людмилы, и особенно русские практически ничего не знают об этой святой. Отчасти это объяснимо - экскурсионные бюро, справочники, карты - молчат. Мы купили четыре карты Праги на немецком, английском, русском и чешском языках, и только в одной из них было указано местонахождение костела св. Людмилы. Тем не менее, это имя очень почитаемо в Чехии. Так с чем же связано это молчание, вернее, умалчивание? Дело в том, что св. Людмила была яркой последовательницей епископа моравского св. Мефодия и, твердо следуя византийской церковной традиции, была проповедницей новой, славянской письменности. Ее имя связано с историческими событиями, о которых Запад предпочитает либо не вспоминать вообще, либо, упоминая вскользь, трактовать с выгодной для себя стороны.

      Итак, мы вышли у музея и отправились от Вацлавской площади строго в направлении, указанном нам вчера Петером. Направление оказалось верным и, периодически спрашивая встречных людей и справляясь с картой, мы еще издали увидели достаточно большой католический собор.

      Странная атмосфера двойственности окружает само имя этой святой. С одной стороны последовательное замалчивание в официальных источниках, с другой - глубокое почитание. Например, сооружен костел в честь святой Людмилы, но на самом здании снаружи мы не обнаружили таблички с указанием, что это за костел. Я даже обошла собор вокруг. Ни имени святого, в честь которого сооружен костел, ни даты строительства. Ничего. Абсолютно. Мы окончательно удостоверились, что это костел св. Людмилы, только войдя внутрь, где нашли расписание служб и еще какие-то объявления.

      Поскольку службы не было, мы смогли рассмотреть костел изнутри только через стеклянную дверь. Чувствовалось, что все здесь сделано с любовью и присущим чехам вкусом. Костел был отреставрирован очень тщательно и бережно. Он удивительно красив внутри: белые колонны, отделанные орнаментом в виде крестов, совершенно не характерным для католического собора, фрески, украшающие арки и стены, - во всем изящество и чисто славянская просветленность. Совершенно не католическим по настроению показался мне костел внутри. Уходить не хотелось. Но времени было мало, костел закрыт... Я увидела пожилую женщину, видимо, верующую католичку, с таким же просветленным, как и сам костел изнутри, лицом. Она стояла у входной двери и уже собиралась уходить. Я догнала ее на улице, на ступеньках, ведущих к костелу и спросила по-русски. Наконец она поняла, что мне нужно. "Гроб... Свята Людмила" - улыбнулась - "Костел Витта".

      Что же, все дороги в Праге ведут к костелу св. Витта.

      Итак, мы в костеле св. Витта. Не буду его описывать. Он громаден

      и скучен. А вот история его создания весьма интересна. Его строительство начал св. Вячеслав, внук Людмилы, вероятно, уже после ее смерти. Вячеслав начал строительство церкви в честь св. Витта, покровителя саксонского царского дома. После гибели св. Вячеслава от руки своего родного брата Болеслава, он был похоронен в этой самой церкви и вскоре после этого прославлен как князь-мученик. А костел назвали костелом св. Вячеслава, потом Вячеслава-Витта. В XII веке костел, построенный Вячеславом, был разрушен до основания, а его фундамент использован для строительства нового собора в честь св. Витта. Знаменательно также то, что ни в самом костеле, ни в экскурсионных буклетах я не нашла даже беглого упоминания имени Вячеслава. Объясняется это очень просто: в исторических материалах у этого святого немецкое имя - герцог Венцель. Это даже не имя, а титул. Имени нет.

      Строительство современного костела св. Витта, начатое в XII веке, было закончено только... в XX веке. Наш экскурсовод Петер сам с юмором сказал нам об этом: "Это как у вас в России называется, долгострой?"

      В этом громадном, заполненном туристами "долгострое", конечно, много удивительного. Но меня интересовало только то, что связано с именем и историей жизни св. Людмилы. Поскольку нам было сказано, что мощи святой находятся в костеле Витта, мы упорно занялись поиском. Сначала, мучительно пытаясь найти хотя какое бы то ни было указание на св. Людмилу, мы обошли все боковые капеллы костела и с правой и с левой стороны. Ничего. Далее следовали апсидные капеллы и вдоль алтаря и за ним. Вход туда был платный. Мы купили билеты.

      Здесь, разумеется, были похоронены наиболее значительные личности в истории Чехии, князья из рода премислидов, других княжеских родов. Несомненно, там находится и захоронение св. Вячеслава, но тогда мне еще было неизвестно, что герцог Венцель и св. Вячеслав - одно и то же лицо. Я тщательно осматривала все капеллы, древние камни, надгробия, пытаясь прочитать надписи на латыни, найти в них хоть какой-то намек на то, что я искала. Ничего. Камни молчали. Люди тоже. При одном упоминании этого имени они мгновенно забывали все языки, кроме чешского и начинали раздражаться.

      Недовольство стали высказывать и мои спутники, вернее, спутницы. Действительно, сколько же можно упорствовать в таком бесполезном деле. У входа в апсидную часть, у решетчатой низенькой перегородки, там, где вход был платный и толпилось много туристов, я увидела пожилого невысокого чеха с седой головой и очень приятным, благообразным лицом. Он стоял рядом с билетершей, помогая ей сдерживать толпу. Я решительно подошла к нему. В этот момент проходила какая-то экскурсионная труппа, билетерша меня резко оттолкнула от входа и я оказалась прижатой к барьерчику. Вдруг этот самый пожилой чех поманил меня пальцем и очень доброжелательно попытался объяснить по-русски, что здесь вход платный, но он поможет мне пройти. Я, обнадеженная его приветливостью, сразу же обратилась к нему с единственным волновавшим меня в этот момент вопросом.

      Старичок мгновенно изменился в лице, занервничал и замахал руками: "Здесь нет. Нет. Это там" - и, развернув меня, замахал рукой в сторону центрального входа, в направлении капелл, находящихся слева у самого входа собор. Я, не понимая еще ничего, переспросила снова, где же все-таки находится захоронение св. Людмилы. Старичок, еще энергичнее махая руками и подталкивая меня к выходу, повторял: "Здесь нет. Это костел св. Георгия. Нужно выйти, там сразу за костелом Витта. Это здесь рядом". И он вытолкнул меня из толпы.

      Нужно сказать, что я несколько растерялась от такой неожиданно резкой смены темперамента.

      И вдруг осенило: "Конечно же, святой Георгий!" Ведь об этом говорил мне еще в Германии мой знакомый несколько лет назад. Вот теперь, наконец, все сходится! Действительно, сразу же за костелом св. Витта на старинной площади находится одно самых древних сооружений в Праге - базилика св. Георгия. О древнем происхождении базилики сразу трудно догадаться, потому что пристроенный позже барочный фасад последней четверти XVII века закрывает готику времен Карла IV с западной части центрального входа. А готика, в свою очередь, скрывает более ранний романский стиль.

      Вот мы и подошли к центральному пункту' нашего рассказа.

      Согласно трактовке событий того времени в Чехии западными историками, крещение Людмилы и ее супруга Боривоя в моравской Церкви носило несколько (?!) принудительный характер. Поэтому, несмотря на факт крещения в моравской Церкви одного из влиятельных князей рода, а также из-за угрозы завоевания венграми, в 893 году под руководством премислидов и князя Витицлы Богемия вышла из Моравского княжества и присоединилась (совершенно добровольно?!) к Регенсбургу. Имя Боривоя больше не упоминается, также как нет упоминания и о дате его смерти. Какова его роль в этом присоединении и когда именно, официально, а потом и фактически, Богемия стала относиться к регенсбургскому диоцезу, и литургия окончательно приняла франкско-латинскую форму? В 895 году в Богемии были одновременно как славянский священник, принадлежавший моравской церковной традиции, так и монах-миссионер латинского ордена. Как же долго могло длиться это равновесие?

      В последнем десятилетии IX века премислиды, а скорее всего, именно Боривой, основали город Прагу. Город был основан на скале и стал новой вотчиной премислидов. Сербская княжна Людмила была выдана замуж за чешского князя Боривоя задолго до этого события, т.к. уже в 916 году младший сын Боривоя и Людмилы князь Вратислав I начал строительство первой большой каменной церкви на одной из скал, находящихся в крепости. Эта первая каменная церковь, построенная в Праге, и есть базилика св. Георгия, находящаяся сразу же за костелом Витта.

      До окончания строительства церкви, посвященной св. Георгию, Вратислав I не дожил. В 920-921 годах он погиб во время похода против венгров. Его тело было похоронено здесь же в базилике св. Георгия. Далее события развиваются стремительно. В этом же 921 году была убита и мать Вратислава I св. Людмила. Согласно сохра-пившемуся преданию, именно вдова Братислава I Драго-мира, язычница из района Эльбы, принадлежавшая роду гевеллеров, подослала убийц к своей свекрови-христианке. В истории ее имя навсегда связано с этим страшным событием. Теперь нам никогда уже не узнать, почему язычнице Драгомире или кому-то еще в латинизируемой Богемии стал так не угоден яркий пример благочестия и православного подвижничества в лице последовательницы моравской славянской церковной традиции.

      Св. Людмила уже при жизни была весьма любима в народе. Ее гибель трагически загадочна.

      Известно, что она бежала от преследования из Праги, где было очень сильно латинское влияние, в город Тетин и там, настигнутая преследователями, была задушена какими-то двумя князьями. Задушена ночью прилюдно, перед толпой народа: ее выволокли из дворца, где она скрывалась, и удавили уже на улице, почти перед дверьми дома. Она была похоронена у городской стены города Тетина. Место ее погребения вскоре было прославлено, и туда со всей Чехии стекалось множество народа. Сама княгиня Людмила была признана святой. И вот уже в течение девяти веков продолжается это двойственное отношение к святой: непреходящее почитание в народе и безмолвие в официальных источниках.

      В 925 году старший сын Драгомиры и Братислава I Вячеслав, он же герцог Венцель, похоронил останки святой Людмилы в специально приготовленной капелле, достроенной им базилики св. Георгия. Торжественное перенесение мощей св. Людмилы из Тетина в Прагу проходило при громадном стечении народа. Внук св. Людмилы Вячеслав был воспитан ею в традициях православной славянской Церкви и, будучи сильной личностью, следовал своим убеждениям. Тем не менее перенесение мощей св. Людмилы в базилику св. Георгия совпало с освящением этой базилики наместником регенсбургского епископа. События для нашего сознания несовместимые. Что ж, такова была Чехия IX века, такой она, собственно, и осталась.

      Итак, мы вошли в самое древнее здание Праги - базилику св. Георгия. И поскольку я еще ничего не знала о капелле св. Людмилы, снова начались мои разговоры с чехами, со служителями музея, которые при одном упоминании о св. Людмиле мгновенно забывали все языки, кроме чешского, и как-то нервно начинали махать руками. Особенно мне запомнилась одна дама в красном пиджаке. Она очень приветливо начала со мной разговаривать на немецком, потом на русском, но после моего вопроса: "А где гроб Людмилы?" лицо ее резко вытянулось, она прошипела: "Нэ разумэу" - резко повернулась и отошла куда-то.

      Сама базилика уникальна. Долгое время она принадлежала бенедиктинскому женскому монастырю, достраивалась в X, XI и XII веках. Но основа, построенная еще Вратиславом I и особенно в той части, где находится капелла Людмилы, осталась в почти первоначальном виде. Хотя догадаться о древнем происхождении базилики очень трудно. Фасад в стиле барокко последней четверти XVII века полностью закрывает готику времен Карла IV. Фасад разделен на три части: среднюю часть, за которой продолжается удлиненное, более древнее здание базилики, и две боковые.

      Фасад симметрично украшают две скульптуры: справа Братислава I - основателя этой церкви (младший сын св. Людмилы), слева аббатиссы Млады - основательницы бенедиктинского женского ордена (кстати, правнучки св. Людмилы). Фасад, интересный сам по себе, все же очень сильно отличается от всего здания базилики, являя резкий стилевой контраст. Если пойти по переулку Георгия в восточном направлении вдоль портала базилики, сразу же можно заметить романский стиль в архитектуре здания: высоко расположенные, округлой формы окна по южной боковой части здания, начинающаяся от самой крыши, включая окна, верхнюю и среднюю части стены, каменная кладка, характерная для Х, самое позднее - XII века. Эту спокойную поверхность нарушает, к сожалению, массивный портал эпох ренессанса. А далее, в восточном направлении, сразу же за южной башней и капеллой св. Марии, находится капелла св. Людмилы.

      Фундамент этой капеллы - романского происхождения. Он снабжен тремя сваями, на которых покоится каменный свод-плита, несущая на себе тяжелую каменную тумбу - надгробие св. Людмилы. Два маленьких окна и одно большое на южной стене указывают на готическое строение капеллы. Вообще, с восточной стороны отчетливо просматриваются два различных архитектурных стиля в строении капеллы. Полукруглая апсида романского стиля имеет трехстороннее готическое завершение. Отчетливо видно, что главная апсида базилики находится ниже, чем капелла. На романское происхождение капеллы указывают каменные украшения фризов округлой формы и зубчатых уступов.

      Внутренняя часть капеллы св. Людмилы еще более интересна. К сожалению, попасть в капеллу невозможно, поскольку сама капелла отделена от хоров и алтарной части решетчатой перегородкой, а алтарная часть и хоры находятся выше остальной части здания, и ведущая к ним корзинообразная, плавно изогнутая (весьма помпезного вида) лестница барочного стиля, упирается в запирающуюся перегородку, тоже в стиле барокко. Поэтому рассмотреть капеллу можно только издали.

      Мощная триумфальная арка отделяет хоры от средней части здания. Пространство хоров заканчивается закругленной апсидой с тремя узкими окнами и купольным сводом. С южной стороны хоры переходят через мощную полукруглую арку в капеллу св. Людмилы, которая отделена, в свою очередь, от хоров мраморным бруствером и богато украшенной решеткой в стиле барокко. Посреди капеллы находится массивная тумба, являющаяся также и местом погребения св. Людмилы. Этот надгробный памятник был сооружен в конце XIV веке специально для мощей св. Людмилы. На плоской горизонтальной поверхности надгробной тумбы - изваяние св. Людмилы, лежащей с закрытыми глазами и сложенными для молитвы руками. Вокруг шеи - неизменный во всех изображениях свято платок, стянутый в тугой жгут - орудие убийства. Сама тумба тоже обнесена чугунной решеткой. Даже издали я заметила на этой решетке большой замок. С западной стороны к решетке примыкает псевдоготический алтарь, сооруженный в XIX веке.

      "Сколько же решеток отделяет меня сейчас от святой?" - невольно подумала я.

      Арочные своды и стены капеллы богато расписаны, в основном в XVI веке. На арке, отделяющей хоры от капеллы, с внутренней стороны капеллы, в восточной ее части изображена сама св. Людмила. Скорее всего, это одно из подлинных и самых древних изображений святой. С западной стороны изображена аббатисса Млада - основательница монастыря. На сводах капеллы - изображения четырех евангелистов и четырех отцов Церкви, а также почитаемые в Чехии исторические деятели и святые.

      Вообще капелла сильно отличается от всей базилики в целом. Сразу видно, что на протяжении многих веков постоянно проходила какая-то работа по украшению внутреннего пространства капеллы. Это место, видимо, почиталось на протяжении всего времени. То же самое происходит и сейчас.

      Незаметно для посторонних глаз (это музей, который посещают сотни тысяч туристов) ненавязчиво, без помпы, кто-то постоянно заботится о капелле: перед чугунной решеткой в капеллу на двух круглых подсвечниках горят свечи, на алтаре у надгробной тумбы в вазе - букетик цветов. И вместе с фресками XVI века, украшающими стены капеллы, узкими готическими окнами и этой загадочной мраморной тумбой, обнесенной чугунной решеткой, это место кажется необыкновенно живым и красивым. Красотой пронизано все. Но она как бы замкнута в пределах капеллы.

      Я стояла у ограды, отделяющей хоры и алтарную часть от остальной части базилики, со смешанным чувством благоговения и досады. Невозможность подойти ближе была источником этого состояния. Досадно было почти до слез. Я узнала позже, что вход в капеллу открыт только раз в году в день св. Людмилы. В этот день в капелле св. Людмилы служится католическая месса. Я еще некоторое время постояла у перегородки, борясь с желанием нарушить запрет и пройти внутрь И все таки какая-то странная тишина, царящая в капелле, коснулась и меня. Видимо, я стояла как изваяние, и моя сосредоточенная фигура заставляла оглядываться туристов, рассеянно проходящих мимо.

      Сильный, волевой род премислидов в лице князя Боривоя, основавшего Прагу, и мощная духовная устремленность его супруги св. Людмилы проявлялись периодически в нескольких поколениях. Аббатисса Млада, основательница первого ордена бенедиктинцев в Богемии - правнучка св. Людмилы, а также дочь Болеслава I, убившего своего родного брата св. Вячеслава. Св. Вячеслав, в свою очередь, закончивший строительство базилики св. Георгия и заложивший строительство собора св. Витта, был, видимо, очень сильной личностью. Кроме того, св. Вячеслав был крещен в Моравской Церкви и посвящен в традиции церковнославянской письменности, а также был воспитан согласно латинской традиции. Из этого следует, что он был хорошо образован. Но, несмотря на свою политическую принадлежность дому саксонского кайзера, придерживался традиций византийской (моравской) Церкви. Вскоре после гибели своего брата Болеслав становится первым чешским королем, католичество окончательно укрепляется в Чехии, и в 972 году епископом регенсбургским Вольфгангом Богемия была выведена из объединенного епископата и, таким образом, основана пражская епархия.

      Странная, драматическая история, где в междоусобице один за одним гибнут приверженцы моравской традиции.

      Грустно стало отчего-то. Мы вышли из базилики. Не хотелось никуда идти. Красоты Праги померкли для меня. Осталась одна суета.

     


Комментарии (3)
 

Loading...

Косовский фронт