Профессор Светозар Ливада рассказывает о безнадёжном положении сербского национального меньшинства в Хорватии
МЫ БИОЛОГИЧЕСКИ ИСТРЕБЛЕНЫ!
Единственной социальной активностью в сербских селах являются позороны. Треть вернувшихся беженцев уже умерло. Народ, оставшийся без общественных институтов, биологической репродукции, имеет предел исторического развития. В сёлах сегодня – последние сербские жители доживают свой век.
Война, прошедшая на территории Хорватии, оставила после себя множество сербских могил, десятки тысяч спалённых домов, хат, школ, церквей, уничтожила национальные сербские институты в Хорватии, лишив сербов всякой надежды на восстановление последних. Дела обстоят так, что в соседней Хорватии, где провозглашается «демократическое и европейское государство, защита прав человека» - нет жизни для сербов. Ни для тех, кто там проживает сегодня, ни для тех из наших соотечественников, кто лелеет надежду на возвращение. Всё разрушено или сожжено, сербские сёла вымирают, а православные кладбища исчезают. Реализуется «культурный геноцид». Крайне аккуратно, незаметно до тех пор, пока число сербов, не сократится на две трети от общего числа жителей. В остальном, хорватские политики в отношении сербов продолжают действовать согласно заветам Франьо Туджмана, и официальная политика Загреба ни на йоту не отступила от своей цели. О безнадёжном положении остатков сербского народа в соседней Хорватии рассказывает уважаемый европейский и сербский философ-интеллектуал; социолог и профессор, доктор Светозар Ливада.
- Никогда за всю историю сербского народа сербы не были в худшем положении, даже во времена турецкого ига на территории Хорватии, ибо в те времена было организованное сопротивление гонителям христианства.
Не было такого и во время Второй мировой войны, потому что тогда сербы противостояли геноциду и вступили в антифашистскую коалицию вместе с другими цивилизованными странами. Два механических удара было нанесено по сербскому телу во время Второй Мировой Войны, но последующий период биологически их скрыл.
Если бы не было этого, то в сегодняшней Хорватии проживало бы порядка 1,5 миллиона сербов, а сейчас их лишь около 200 тысяч.
Единственный аналогичный пример в мировой истории – это истребление турками армян, проживавших в Оттоманской империи. Это аналогичная национальная трагедия. Сербы, как ясно видно сегодня, не имеют ни возможности к биологической репродукции, ни национальных общественных институтов, так действует «культуроцид». В последней войне разрушены все наши учреждения, институты, книги. Осталась только сильно ограниченная Сербская Православная Церковь, в составе которой хорватской армией было уничтожено 213 священников, а также почти все храмы, епархиальные дома, надгробные памятники и монастыри.
Мы остались без нашей элиты
- Имеются ли случаи возращения наших соотечественников?
Когда-то сербские земли занимали треть учтённых земель в Хорватии, но на сегодняшний день едва ли можно такое представить, так как из хорватских пределов было изгнано около полумиллиона сербов. Из городов уехало 124 тысячи человек, а ввиду того, что их лишили права на проживание, никто не возвращается – некуда. Те, кто проживали в селе, а было на территории Хорватии около 1200 сельских поселений, где сербы имели численное большинство – на сегодняшний день этих сёл нет – одна сгоревшая земля. Одновременно уничтожено поголовье скота, фермерские постройки, дома, конюшни и скотные дворы, а ведь сербы, возвратившиеся назад, сказать по честности, «стоят одной ногой в могиле». По научным оценкам проф. Милана Месича, выполнившего оценку для Сербского Демократического Форума, возвратилось всего 50 тысяч человек, из которых 15 тысяч уже умерло. Как следствие, нет постоянно поддерживаемого развития общества, таким образом, само сохранение сербского этноса зависит от социальной поддержки, собственной солидарности и от беспокойства о них соотечественников в других странах. Очевидно, что в Хорватии живые сербы завидуют мёртвым. Единственной социальной активностью в сербских селах стали похороны. Треть вернувшихся беженцев уже умерла. Народ, оставшийся без общественных институтов и биологической репродукции, имеет предел исторического развития. В сёлах сегодня – последние сербские жители доживают свой век.
- Хорватские политики нередко ссылаются на свой Закон о национальных меньшинствах. Значит ли это в данном случае, что к сербам он не применяется?
-Жизнь нацменьшинств регулируется уставным Законом о национальных меньшинствах, написанным по наилучшим европейским стандартам. Однако, этот закон, как я понимаю, не применяется на практике. Остаётся лишь на бумаге, а в жизни – сплошной обман. Это означает, что все нацменьшинства, подпадающие под данный закон, незащищены. И это всё, если посмотреть со статистической точки зрения, привело к сокращению сербского этноса на две трети, путём издевательства над сербским населением.
Даже кладбища не пощадили!
- В своих выступлениях вы указываете на факт, что сербские кладбища немилостиво уничтожаются.
- Там, где не осталось сельских жителей, не сохранилось и ни одного кладбища. Это наивысший христианский позор и позор для всего цивилизованного общества. По поводу осквернения сербских святынь, уничтожения кладбищ, я разработал проект, подкреплённый убедительными доказательствами. Но теперь мало кто вспомнит, где были расположены наши кладбища. Я искал их по селам, записывал, обозначал на карте, и никто из тех, кто должен был помогать, мне не помог. К сожалению.
- Вы в своих публикациях пишете о том, что сербы в Хорватии политически не организованы…
- Это касается сербов, поддерживающих партию ХДЗ (Хорватска Демократска Заjедница). Тех, чьи интересы представляет Милорад Пуповац и ещё несколько подобных ему. Между тем, в истории не было ещё примеров, чтобы жертва и злодей нашли правильное решения без привлечения третьих лиц. А Пуповац не желает видеть в решении вопросов третьих лиц. У него нет реальной оппозиции и нет желания создавать с кем-либо коалицию. Похожим образом рассуждают и те, кто голосуют за СДП, составляющие большинство сербского электората. И всё это время и ХДЗ, и СДП, словно лидирующая и оппозиционная партии, одинаково третируют сербов, в полном соответствии с планом Франьо Туджмана, где сербские межпартийные разборки были названы «разрушающим фактором». Существуют и «третьи» сербы, к которым отношусь и я сам, которые продолжающие жить в суровой реальности «этнических чисток без остатка». Об этом повествуют две написанные мной книги – «Этнические чистки – злодеяние столетия» и «Этнические чистки – узаконенное преступление». Обе книги о природе той войны, суть которой Франьо Туджман выразил в одной фразе: «Пусть не останется ни одного серба!». Под тем же лозунгом сегодня судят сербов за преступления, совершенные над самими же сербами.
- Получается, сербы не имеют настоящих защитников своих интересов, которые могли бы конкретно решать их жизненно важные проблемы.
- Сегодня партия ХДЗ напрасно тратит время, а Пуповац активно этому способствует. Пока он пытается отстаивать право на гражданство возвращающихся в Хорватию сербов, сербского населения в городах почти не осталось.
По вышеуказанной причине становится невозможным возвращение в хорватские города около 124 тысячи соотечественников. Поэтому, как я вам сегодня уже говорил, невозможно ожидать возвращения молодых сербов, соответственно невозможно ожидать развития общественного сектора, нет сербских представителей и в органах власти, соответственно, нет ни одной надежды на восстановление нормальной жизни для сербов. Такая ситуация в республике уже в течение 17 лет. Хорватские властьимущие обманывают балканскую и мировую общественность, что национальные меньшинства в Хорватии защищены. На само деле, здесь система такова, что коли ты представитель нацменьшинства, то к твоим словам никто не прислушивается. В эту цепочку вовлечены все структуры, равно как и католическая церковь. Типичным примером может послужить заявление священника из селения Удбина под Лицем, что он раньше убьет серба, чем вернет ему дом. Ко всему прочему, он из частного сербского дома сделал католическую церковь. Так и получается, что нет возвращающихся в свои дома, а, значит, нет и обновления сербской жизни.
В тоже самое время почти все хорватские дома отремонтированы. Более 300 отстроенных после войны хорватских поселений сегодня претендуют на статус города. В прошлом году в Хорватии было около 360 сербских поселений, в которые не была проведена электроэнергия. Не выполняется и закон о двуязычных надписях топонимов.
- Вы обращали внимание и на то, что без ухода остаются и постепенно приходят в упадок, те памятники погибшим сербам во Второй Мировой Войне!
- Мной были отмечены три церкви, в которых хорватами была устроена массовая резня стариков и детей. На сегодняшний день разорена и церковь в селении Глина, у Коларича под Войничем, где было убито 450 человек и у селения Савиловац вблизи Слунья. Уничтожены все антифашистские памятники, школы, музеи, библиотеки и монастыри. Разрушено около трёх тысяч зданий общекультурного, исторического и духовного значения. Одних только сербских музеев разорено 29 штук. Разорены все книгофонды, несколько сотен тысяч книг. Как было сообщено, уничтожено около 24 тысяч книг, и то это по их, хорватским, оценкам. Уничтожены все книги, написанные на кириллице, а также те книги (на кириллице и латинице), которые издавались в Сербии, книги левых политических взглядов, издания европейских и мусульманских авторов. Также уничтожено сорок тысяч экземпляров Энциклопедии Лексикографского завода.
История ещё спросит с хорватов!
- В Загребе, кажется, живёт наибольшее число сербов в Хорватии.
- Точно можно сказать, что в Загребе сконцентрирован главный сербский гроб, ибо на сотню умирающих сербов приходится один новорожденный. Ужасное соотношение. Мы биологически умираем как народ. В селах – нулевая рождаемость. История ещё спросит с хорватов, что они сделали своим сербам. У них нет покаяния, стыда и совести. Треть пахотных земель не обрабатывается, но сербы не возвращаются. Когда перед ними предстанет страшная истина, тогда и сам Пуповац скажет о том, что я делаю невозможным примирение. Мне не разрешают издавать книгу о Вуковаре, Книне, мне запрещают, даже угрожают физической расправой. После всего, что было сказано и написано со стороны официального Загреба по поводу албанского «самопровозглашения», возникает определённо «разрушающий фактор». Хотят поссорить два народа?
УДБА[*] не редактировала печать НДХ
- Конечно, в известной мере занимало внимание хорватской общественности - попытка католической церкви и епископской курии расправиться со мной накануне объявленного переиздания книги «Документы об антинародной компании и одного злодейского дела католического клира» авторов Йоже Хорвата и Зденка Штамбука. Почти никто не хотел помогать мне в издании книги. Только одно издательство набралось храбрости сделать это. В книге собраны множество исторических подтасовок, фотографий, списков усташей, причисленных к лику святых, список усташей, связанных с дипломатией НДХ, позже получивших награды, список разрушенных православных церквей, имена сестёр милосердия, участниц НДХ и другие документы. Страшная буря поднялась тогда в католической церкви. Обвиняют нас на этот раз, что мы устроили заговор УДБА, но как я уже говорил, УДБА не задерживала печать НДХ.
Полиция без сербов
В общине Примишлье под Пливицем некогда проживало около 1100 сербов. Сегодня их осталось 67. В основном, это старики. В Лапце проживает около двух тысяч наших соотечественников. Согласно хорватскому уставу о полиции на полицейской службе должно состоять 64 серба. На сегодняшний день ни одного серба в полиции нет.
Беседу провела: Биляна Живкович
[*]Управа државне безбедности (КГБ). Перестал действовать с распадом Югославии. (Прим. ред.)
