/27.2.2008/ Сербия продана:
Сербия продана
Людмила МИХАЙЛОВА
В самом центре Балкан — в Сербии — грядет еще одна попытка избрать президента. Голосование назначено на 16 ноября.
Ни народ, ни кандидаты в президенты уже не верят в успех мероприятия. Оппозиция объявила предстоящие выборы «дорогостоящим времяпрепровождением» и «отвлекающим маневром» правительства, которое сотрясают «аферы и коррупционные скандалы».
В очередную попытку — третью по счету — не верят и потому, что обеспечить 50%-ную явку избирателей не удастся (по действующему в стране закону, выборы считаются состоявшимися, если к урнам явится не менее половины избирателей).
Пессимистические прогнозы усугубляются еще и тем, что «ставки» на кандидата от правящей коалиции — 74-летнего Драголюба Мисуновича, профессора философии, председателя парламента Сербии и Черногории, а также главу партии Демократического центра, — минимальны.
Этот левый либерал и убежденный европеец, которого считают «отцом» всех буржуазно-демократических партий страны, был бы идеальным кандидатом для любого другого государства Евросоюза, но не для Сербии. В стране, где слишком ярко выражен национализм и велико влияние православной церкви, больше шансов у Томислава Николича, заместителя председателя крайне националистической Сербской радикальной партии. Аналитики, рассуждающие в канун выборов с телеэкранов и страниц газет, сходятся в одном: если бы вместо Николича был Воислав Шешель, — «ставки» электората возросли бы. Но радикал Шешель, ярый противник Куштуницы еще с середины 90-х, — нынче перед трибуналом в Гааге.
Что же до экс-президента Югославии, то народ еще помнит, как осенью 2000 года Воислав Куштуница пришел к власти. Это была победа над Милошевичем. Демократа Куштуницу буквально носили на руках, им восторгались. Но за время его президентства уровень жизни в стране не поднялся ни на йоту, посему сам глава государства не стал выдвигать собственную кандидатуру на очередной срок.
«Эти выборы отражают деградацию демократии и являются позором для DOS, — заявил Младьен Динкич, бывший управляющий эмиссионным банком и заместитель председателя оппозиционной партии G17. — Они еще более углубят опасный политический и институциональный кризис, дестабилизируют страну и, если провалятся, нанесут серьезный ущерб международному имиджу Сербии». По мнению Динкича, правительство затеяло предвыборную канитель с одной целью — чтобы выиграть немного времени.
В чем же смысл? И для чего нужен этот временной запас? Ответ лежит скорее не в области политики, а в области экономики.
Взять хотя бы самый распространенный товар — табак. Две крупнейшие сигаретные фабрики куплены американцами. После войны 1999 года (когда еще при власти был Слобо), весь табачный бизнес контролировал сын Милошевича. Об этом знала вся страна. Она верила, что когда президентом станет демократ, ситуация изменится. Изменения произошли, но не так, как хотелось бы народу Сербии.
Не осталось в стране и собственного цементного производства, ибо все эти фабрики приобретены западноевропейскими концернами. Точно также сербы не располагают теперь ни единым литром нефти, потому что уже официально объявлено о продаже в иностранные руки нефтеперегонных заводов. Не будет Сербия вырабатывать и собственное электричество: сегодня идет оценка стоимости водных электростанций на Дунае, объединенных в сеть «Железные ворота», заодно и горнодобывающих предприятий, которые снабжают топливом теплоэлектростанции. Для этого была специально создана экономическая предпосылка — резкое повышение стоимости электричества (за коммунальные услуги, особенно за свет, население Сербии платит больше, чем стоят те же услуги в США).
Фактически подарен американцам и металлургический комбинат «Сартид» в Смедерево: инвестиции в этот гигант в 1999—2000 годах составили 250 миллионов долларов, полученных от банков и консорциумов Австрии, Германии и Нидерландов. А ежегодная стоимость экспортной продукции комбината оценивается в 150 миллионов долларов. Однако правительство Сербии объявило комбинат банкротом и продало (читай: «подарило») американской фирме US Steel, не взяв с нее даже обязательства вернуть кредиты инвесторам. Американцам же комбинат обошелся в 21 миллион долларов, включая всю инфраструктуру и даже порт в Смедерево.
Сербия теряет свое стратегическое положение на Дунае, который отныне будут контролировать американцы.
Но не только они прибирают к рукам экономику страны. На днях бельгийскому концерну был продан крупнейший пивоваренный завод «Апатин», а другие иностранные покупатели положили глаз на остальные пивоваренные и винодельческие заводы. Через год после войны 1999 года сербское правительство пригласило журналистов со всего мира, чтобы показать, как страна успела восстановить хозяйство, разрушенное бомбардировками. Самой большой ее гордостью тогда были именно эти заводы. Кто бы мог подумать, что все они уйдут с молотка к заклятым врагам сербов?
А что же сами сербы? И они кое-что покупают. Например, недавно были проданы три крупнейших сахарных завода. Покупателем оказался свадебный дружка бывшего премьер-министра Зорана Джинджича. По данным немецкой газеты «Юнге вельт», он заплатил за покупку три евро. Три евро — стандартная цена за приобретение производственных мощностей в Сербии теми, кто имеет доступ к власти.
Такую же сумму, например, запросили за крупный пищевой комбинат «Сирмиюм» в городе Сремска Митровица, известный в первую очередь мясными продуктами. Но власти общины, которой принадлежит комбинат, снизили цену вообще до 9 динаров — 16 евроцентов. Столько в Сербии стоит, например, пакетик жевательной резинки. В Белграде поговаривают, что покупателем «Сирмиюма» стал член правительства, входящий в один из мафиозных кланов.
Таким же образом оказался проданным и известнейший в Белграде ресторан «Мадера». Говорят, купил его не кто иной, как вице-премьер Сербии Чедомир Йованович.
|
